Графоманствую потихоньку...
Dec. 26th, 2006 10:31 amВ общем, так. Решилась я тут кусочек кой-чего вывесить. Почитайте, кто фэнтези увлекается, может, это не совсем безнадежно. Текст еще сырой, все руки не доходят его «вылизать», так что за опечатки сильно тапочками не бросайтесь. Отрывочек солидный – шесть страниц текста, так что…
ДРАКОН НА СЧАСТЬЕ
- Ну сколько тебе можно говорить: я не знаю, как лечить изжогу у дракона! Я не ветеринар! Ну, соду попробуй!..
Передо мною стоял Стирх, наш воспитатель драконов. Совсем пацан еще, что не мешает ему смотреть на меня сверху вниз. Буквально. Но – с уважением. Его питомец застенчиво переминался с лапы на лапу, а неподалеку дымилось дерево дрока.
Стирх потупился. Дракон – тоже.
- Его от соды пучит… - пробасил парнишка.
Дракон застенчиво покраснел и икнул. Бедное дерево задымилось с удвоенной силой.
- Стирх, миленький, пойми, я ж не ветеринар, я аптекарь. Ну, к чародею сходи, что ли…
- У него радикулит! Третий день руками за поясницу держится. Говорит, иди к госпоже Руте, я, мол, ни одного этого… паса руками сделать не могу…
Если кто не догадался, то «госпожа Рута» - это я. К тому же, единственный аптекарь в нашем богами забытом селении. Нет, вы не поняли: я не бабка травница, не знахарка. Я – выпускница королевского аптекарского колледжа. Недавняя, впрочем. Я не составляю приворотных зелий, равно как и порчу наводить не умею. Да и желанием таким не горю. Однако это не мешает нашим местным травнице, знахарке и колдунье-самоучке видеть во мне главную конкурентку и врагиню номер один.
Если кто и принимает меня всерьез, так это Стирх с его питомцем. Даже если я и помочь его дракону ничем не могу. Куда ни кинь, у меня и дракона – разная физиология, и то, что лечит мои зубы, может у дракона вызвать… мягко говоря, несварение желудка. А это, я вам скажу, зрелище не для слабонервных… Хотя с кожными болезнями, как ни странно, легче.
Вы спросите, зачем нам дракон? А Мрак его знает. Просто так уж повелось, что в каждом уважающем себя замке или городе непременно живет свой дракон. И лишь в немногих селениях у подножия гор этих драконов растят и, так сказать, воспитывают. В том числе и у нас, хотя от нас до подножия гор достаточно далеко.
Кстати, это абсолютно бесполезные существа. Нет, они не глупые. Просто очень уж непредсказуемые. И ни на кого не похожие. Даже на других драконов. Живут долго, взрослеют медленно. Воспитатели сменяют один другого, а драконы все равно как дети. И что самое удивительное – способности их с годами меняются. Я, конечно, сама этого не застала, - живу тут всего года два, а это еще при прадеде Стирха было; но, по рассказам драконовожатого, его питомец, когда из яйца вылупился, плавал – куда там той форели. Подрос – как перемкнуло. В воду не загонишь. Если ему попить приносят больше чем полведра воды, истерику закатывает: панически боится утонуть. Зато навыки остались. Теперь он плавает на суше. Земля из-под лап разлетается – успевай уворачиваться. Стирх его всегда приводит, если кому надо яму вырыть или огород поглубже вскопать, а то и ров вокруг замка кому из рыцарей прочистить. Только изо рва, конечно, надо сначала воду спустить.
Пока я предавалась размышлениям, дракон снова икнул. Полыхнуло здорово. Трава неохотно загорелась. Я с визгом отпрыгнула в сторону.
Так, изжогу у этого красавца таки нужно прекратить. Иначе ночевать сегодня мне предстоит на улице, потому как домишко мой сгорит за милую душу. А не хотелось бы. Уютная хижина. О-хо-хо…
Что там в моем арсенале? – я задумчиво почесала переносицу.
Стирх облегченно вздохнул. Дракон уставился на меня с явным интересом. Мрак, если бы я не знала, что это всего-навсего ящерица-переросток, я бы подумала, что он откровенно сомневается в моих способностях. А зря.
- Ладно. Пойдем от противного… Да не от тебя, дурень! – плюнула я в сторону дракона, который при этих моих словах шарахнулся в сторону, и Стирха, кинувшегося на защиту своего любимца. – Это так, к слову… Н-да… Я сама при изжоге обычно соду беру. А ему… Может, мед попробовать?
Стирх хмыкнул:
-Госпожу Рута, вы что? У меня самого от меда изжога… Если вы его медом пичкать будете, я лучше сначала вещи соберу за речку сбегу. Мне в полусожженном селе все равно не жить – не убьют, так покалечат!
Теперь уже хмыкнула я:
- А у тебя что, метаболизм как у твоей ящерицы? – Люблю иногда мудреное словечко завернуть. А что нашего зверя ящерицей обозвала, так это я нарочно: дракоша от этого просто беситься начинает, если Стирха близко нет. А рядом с ним – хвостом бьет, фыркает… Потеха, одно слово!
Вот и сейчас. Ящер наш расфыркался, колотит по земле хвостярой и на Стирха косится: мол, что ж ты этой… меня обзывать позволяешь?!! Мрак, не высокого же мнения эта скотина о выпускниках королевского аптекарского колледжа!
- Ну зачем же ты его дразнишь?.. – от волнения дракононянь даже на «ты» перешел. – Знаешь ведь, что не любит он этого…- выговаривал мне Стирх, поглаживая дракошу по шее, пытаясь успокоить.
- Ладно, проехали. Иду за МЕДОМ!!! – дракон опять собрался икнуть. Я топнула на него, и он сдержал свой необдуманный порыв. А мой путь лежал в кладовочку. Вот чего-чего, а мена у меня хватает. Наш местный бортник давно на меня глаз положил, ходит ко мне чуть не через день укусы диких пчел лечить. Сколько я на него лука извела… И-эх! Этим запахом он весь, кажется, пропитался. Я бы на месте пчел улепетывала бы куда подальше, едва почуяв Бора-бортника. Одно хорошо: мед он носит исправно. Вчера только целый бочонок приволок. Так что должно хватить.
- Может, помочь вам, госпожа Рута? – спохватился Стирх, видя, как я выхожу во двор с бочонком на плече. Я только фыркнула. Он, конечно, каланча порядочная, но меня тоже Боги ростом не обделили, да и фигурка у меня… хм… внушительная. Плюс вижу неважно. Так что в темноте на узкой дорожке встречаться со мной не советую: сшибу с ног и даже не замечу этого.
Так, о чем это я? Ах, да. О мене для дракона. Погнала драконовожатого к колодцу. Вылила в корыто ведро воды, разболтала в ней полбочонка меда… Сиропчик получился – мухи вязнут. Мрак, на славу постаралась.
С грозным видом поставила перед драконом это пойло. Тот покосился на меня. И начал пить. Решил не связываться. «А то Мрак знает, до чего ты еще додумаешься…» - явно читалось в его взоре. Н-да, иногда я начинаю думать, что наша яще… то есть, конечно, наш дракон… явно умнее, чем хочет казаться…
Вы будете смеяться, но после этой процедуры недоверчивость на морде дракона постепенно сменилась блаженным спокойствием. Стирх, оставив в благодарность пару медных монеток, удалился вместе со своим воспитанником. Я облегченно вздохнула. На пару вечеров я свободна от их назойливого уважения…
Следующее утро я решила уделить своим профессиональным обязанностям.
Если вы думаете, что аптекарше в таком населенном пункте, как наш, делать особо нечего, то вы абсолютно правы. Ну кто попрется ко мне на окраину за порошками и микстурами, если в самом центре села, напротив дома старосты, живет Верма-травница. У нее и ближе, и дешевле. Да и какая разница, за сколько простуда у старосты пройдет – за неделю или за шесть дней? Лишний день хворобы – лишний повод полечиться, а чем и как наши мужики лечатся, не мне вам рассказывать.
Впрочем, если бы кто и решил, миновав Вермину избу, ко мне направиться, то не факт, что дошел бы. Потому что аккурат на полдороги между травницей и моей берлогой проживает наша местная знахарка. Мне иногда кажется, что она не только знахарка, но и ясновидящая. Во всяком случае, из десяти потенциальных клиентов ко мне добирается один – да и то если не просадит в придорожном кабаке всех денег. Своих постоянных посетителей я по пальцам могу пересчитать. Ну, Бор-бортник, Аза-цветочница, пара соседок, которым просто лень топать к травнице… Староста иногда наведывается – по секрету от Вермы… Вот, пожалуй, и все. Может, забыла кого, но вряд ли. Да еще Стирх со своим драконом.
Непонятно, зачем в таком случае здесь нужна была аптекарша? А Мрак его знает! Просто приспичило старосте, чтоб похвалиться при случае, что у него есть не просто травница, а выпускница королевского аптекарского колледжа… Да я на него, в общем, не в обиде. Места здесь чудесные, рядом горы, чистый воздух, пейзажи… А что до столицы далековато, то это только плюс.
Честно говоря, я только рада, что из столицы уехала. Хоть и родной город, только сироте в нем жить нелегко. Да, я не знаю своих родителей. Имя мне сестры-монахини дали. Меня к воротам монастыря подбросили, когда я совсем крохой была. Монахини меня и вырастили. Конечно, не одна я при монастыре воспитывалась, всех святые сестры на ноги поставили, всем образование дали… Я своей профессии тоже одной из них обязана. Сестра Азалия у нас в монастыре аптекой ведала. К ней со всего пригорода за микстурами сходились. Сколько себя помню, крутилась возле нее. Сестра, это что? А это для чего? А вон то куда?.. Так и училась постепенно. Так что когда в аптекарский колледж поступала, знала уже побольше, чем иные третьекурсники. За годы учебы друзей-подруг не завела. Знала, что богатеньких папы с мамой у меня нет, наследство тоже с неба не свалится, и денежный ухажер с моей внешностью мне тоже не светит; так что рассчитывать я могу только на себя, любимую. Все вечера над книгами и конспектами корпела. Вот зрение и присадила: а ну-ка со свечкой мои каракули разбери! Так что когда из далеких Мостов запрос на дипломированного специалиста пришел, я за него просо зубами уцепилась. Правда, претендентов других и не было. Так получилось, что Стирх с его драконом – первые, кого я в деревне встретила. Этот дурень – я дракона имею в виду – ухитрился занозу загнать. Вы представьте, какой же должна была быть эта заноза… И как можно было такое бревно не заметить! Мы со Стирхом в четыре руки сучище этот из плеча тянули, а потом я рану ящеру обработала как следует. Потом обрабатывала царапины на нас со Стирхом: дракон так размахивал хвостом во время «лечения», что своими чешуйками (гм… каждая – с блюдце величиной…) в клочья изодрал мне парадную юбку. Ногам, естественно, тоже досталось. С тех пор Стирх проникся ко мне уважением и по любому поводу прибегает посоветоваться. То у дракона ломота, то икота, то зуб выпал, то репа на огороде не взошла… Вот вы улыбаетесь, а мне каково?
Так за воспоминаниями и не заметила, как разобрала по полочкам свое хозяйство. Да не так ужи много возни с ним. Компоненты заканчиваются, опять в город ехать придется. Скоро травы обирать пойду… Я, конечно, не травница, но и мне травы в хозяйстве нужны. Вот с чем проблем нет, так это со спиртом. Точнее – с самогоном. Какую «живую воду» наши бабки гонят! По сравнению с не тот спирт, с которым я в колледже дело имела – просто молочко. Пока я приноровилась его крепость учитывать… Эх! Хорошие были времена! Даже петь захотелось…
За работой и воспоминаниями время бежит незаметно. Вот микстура от кашля для тетушки Азы, вот мазь от ожогов для кузнеца дядюшки Петера… А вот лук для нашего бортника. Ведь и его скоро нелегкая принесет. И не забыть бы растирку для поясницы нашему магу отнести – может, удастся на него хоть раз дракона спихнуть…
Вечер я тоже провела на редкость приятно. Занималась своим любимым делом. Спать легла в хорошем настроении. А утром убежала к водопаду голову вымыть. Ветер теплый, волосы сохнут быстро. Они у меня недлинные, так что времени много это обычно не занимает. А жаль. Если бы я знала, что увижу, когда вернусь домой – в самом хорошем расположении духа, заметьте! – я бы просидела над обрывом дня два…
- И откуда вы взялись на мою голову…
Такого тяжкого вздоха я сама от себя не ожидала. Снова на моем пороге эта парочка – Стирх со своим драконом. Уф! И Стирх какой-то взъерошенный, и дракон окраску сменил… А я и не знала, что он пятнистым может быть!
Последнее соображение я даже вслух высказала, от чего пятна на шее дракона проступили отчетливее, а Стирх совсем голову опустил.
- Эт-та… Госпожа Рута… Эт-то не пятна. Это ожоги!
- Оп-па! – я опять не сдержалась. - И кто это его так?
Из сбивчивого рассказа Стирха с трудом, но все-таки удалось понять следующее. Вчера за дракошей покупатель явился. Якобы в их замок еще Стирхов дед дракона пообещал и даже задаток взял. Покупатель помахал перед старостой какой-то бумажкой –расписка, дескать - и велел дракона в повозку запихнуть. В повозку-то зверя заманили; сверху на него деревянную клетку опустили, вот тут наш дурень и струсил. А когда он пугается, он икоту перестает контролировать… Ну, и икнул он так, что горе-покупатель, наверное, сам до сих пор икает. Короче, поджёг дракоша своей икотой клетку вместе с повозкою. И от страха еще сильнее икать начал. Икает и орет, огнем плюется, никому подойти не дает. В общем, сгорела повозочка дотла, а наш дурень так на землю и плюхнулся…
Все это я вытягивала из драконовожатого, поминутно вставляя «Ну и?», «Да ты что?!» и «А потом?..» и одновременно прикидывая, хватит ли моих запасов противоожоговой мази, чтобы равномерно обмазать эту пятнистую я… дракона, в общем.
- Госпожа Рута, а почему вы спрашиваете? – с подозрением глянул на мене Стирх. – Вы что, ничего вчера не слышали?!! Из соседнего села даже мужики с вилами прибегали, думали, на нас разбойники напали…
Н-да, крыть нечем. Я вчера вокалом занималась. А когда я пою, соседские псы уши лапами затыкают и в будки прячутся. Так что не удивительно, что я за своими вокальными экзерсисами драконьего концерта не услышала. (Кстати, это идея: если мы с дракошей дуэтом петь будем, к нашему селу ни разбойники, ни волки, ни сборщики податей и близко не подойдут. Надо будет со старостой переговорить… Но это потом. А сейчас как-то оправдываться надо.)
- Я за травами к дальней реке ходила, - огрызнулась я.
Стирх честно сделал вид, что поверил. По-моему, о моих сольфеджиях даже глухой дядечка Темах представление имеет. Ну и ладно.
А мази для дракона все равно не хватит. Хорошо, что тыква на огороде осенью хорошо уродила, и до сих пор ее много осталось. Всучила Стирху топорик – пусть потрудится на благо здоровья воспитанника. Вымазала дракошу тыквенной мякотью. А вот рот ему завязать не догадалась. Не учла, что он, как ребенок, всё в пасть себе тянет. Так что Стирху еще не одну тыквы порубить пришлось…
Кстати, напрасно улыбаетесь: тыква от ожогов прекрасно помогает. Я в этом еще в колледже убедилась – на собственном опыте. А такие знания за мозги прочно цепляются.
…А потом мы сидели со Стирхом над обрывом за моим домиком и лузгали тыквенные семечки. Не сказать, что я так уж их люблю, просто здорово это было – сидеть, свесив ноги с обрыва, чувствовать плечом плечо Стирха, держать на коленях миску с еще теплыми семечками и время от времени – вместо семечки – касаться пальцев паренька, тут же отдергивая руку в ответ на его случайное касание…
- Вы завтра что делать будете, госпожа Рута? – вдруг спросил Стирх. - Снова это… за травами пойдете? – и широко улыбнулся. (А улыбка у него хорошая, и щербинка на переднем зубе ее нисколько не портит. Эх, недаром по нему девки в деревне сохнут!)
- Пойду. За травами. Теперь – по-настоящему…
- Ага… - парнишка снова ухмыльнулся, за что и поплатился: покатился кубарем в траву. Рука у меня тяжелая…
Дракон, успокоившись, пристроился недалеко от нас и пытался дотянуться языком до холки. С других, более доступных мест, тыквенная мякоть уже давно исчезла. Я уже собралась снова Стирха за рубку тыкв засадить, да передумала: слишком уж неохота вставать было, да и от семечек язык болеть начал. И, если честно, помощь моя дракоше теперь не больно и нужно. Острое воспаление сняла – и ладно. На нем все царапины лучше, чем на собаке заживают. Слюна у него, похоже, целебная. Во всяком случае, я так думаю, хоть и не проверяла: маловато у меня желания с драконом облизываться.
Еще в колледже ребята с лекарского отделения подсмеивались: мол, вы, аптекари, все на вкус норовите попробовать. Ну, положим, не все… И не всегда на вкус… И не то чтобы норовим… Но это не так уж и далеко от истины.
А за травами назавтра я все-таки пошла. Уходила до рассвета, собрав вечера узелок с едой. Хоть на один день, на полдня, да забыть о заботах. Сбор трав – тоже обязанность. Но – приятная.
Эх, травушка-муравушка! Как люблю я эти походы на дальнюю реку! Луга там пойменные, заливные, травы растут – я многие в колледже только в учебниках и видела. Вот та же синеглазка. От семи хворей травка: и простуду вылечит, и душу успокоит. В столице за малюсенькую бутылочку настойки из нее два золотых дают. Ее некоторые аптекари в тепличках выращивать пытаются. У некоторых получается. Но разве сравнится хиленькая городская затворница с той красавицей, что растет тут?! Да захоти я лекарства из нее в столицу поставлять, скоро первой богачкой в селе стану, каменный дом куплю и найму себе в помощницы ту же Верму. Только не хочется мне красоту эту на деньги менять…
Я иду по тропинке. Деревня наша давно скрылась за холмами. Роса на траве блестит под лучами рассветного солнца. Башмаки блестят тоже – им росы достается не меньше, чем моей юбке, хотя влагу они переносят не в пример лучше домотканого полотна.
День хороший начинается. В небе поют-заливаются птицы. Почему-то в деревне их почти не слышно. А тут… Мне так захотелось спеть вместе с ними! Удержалась с трудом. Я еще помню, как испуганно подавился своим «ре» соседский петух, когда услышал, как я подхватила его руладу. Не будем вольным птичкам нервы портить. Их ведь настойкой синеглазки никто отпаивать не будет. А петуха – пришлось… До сих пор шрам на запястье к непогоде чешется.
Тропинка бежит вниз с холма. Я бегу вместе с нею, раскинув руки, как крылья. Кажется, еще немного – и ветер подхватит меня и понесет вперед, вперед… Я люблю тебя, ветер! И ты, в отличие от некоторых, отвечаешь мне взаимностью.
Травы уметь собирать надо. Это мне еще сестра Азалия твердила. У меня на травы рука легкая. Это только у Бора-бортника синяки остаются. А травку, даже нежную горицветку, я сорву, даже не помяв ее нежные лепестки.
Вот и лужок мой заливной, заветный. Верма сюда не наведывается: ей, старухе, такие переходы же не под силу. Она, если что, ко мне за травой прибежит. И никому-никому потом не скажет, что половину редких трав, за которые потом у сельчан деньги берет, у меня просто за «спасибо» получает.
Люблю я сюда приходить. Впрочем, об этом я уже говорила. Есть здесь, на полянке, родничок. У него так хорошо посидеть, когда травы уже собраны, а домой идти еще не хочется.
Потом я лежала в траве, глядя на белые облака в высоком небе. Тут тихо и совершенно безлюдно. В прошлом году я специально оставила тут мелкую золотую монетку. Она до сих пор лежит на плоском камушке у родника. Так что подремать мне тут никто не помешает. Встала-то я сегодня очень рано, да и путь назад – тоже неблизкий. Тем более – с ношей.
… Возвращалась домой я ближе к вечеру. Красавица: лицо комарами искусанное, руки исцарапанные, подол юбки мокрый и грязный, волосы дыбом, - но зато счастливая! А как же, травами себя на месяц вперед обеспечила…
И дернуло же меня мимо колодца пройти! Знала ведь, что там кумушки собираются, новости обсуждают; а сегодня и подавно языками чесать будут: вчерашний визит рыцаря и без истории с драконом шороху наделал. Знала, и все равно пошла. Ну, подумаешь, лишнюю темку для сплетен подброшу – видон-то у меня еще тот
Но все оказалось куда хуже.
На площади у колодца собралась, кажется, вся деревня. Даже староста – и тот из корчмы выполз. Я сперва удивилась, но потом увидела у самого колодезного сруба понурого Стирха и необычно присмиревшего дракона, оценила новую трубку в зубах старосты, золотые сережки в ушах его жены и жемчуга на шее у старостиной дочки, и все поняла. Дракоша доживает последние минуты. Под опекой деревни, по крайней мере.
Гул на площади стоял, как на пасеке. Слова летали и жалили не хуже пчел.
- Да гнать его отсюда, если сам не пойдет! – вопила старостиха, привычно перекрикивая толпу. – Коль уж пообещал эту тварь Стирхов дед в Синий замок отдать, так пусть и уводят его к мраковой бабке!
- И пока свою зверюгу на новом месте не обустроит, пусть назад не возвращается! – вторила матери старостина дочка, постреливая глазками в сторону Стирха. «Не оценил ее красу писаную в свое время, вот и нажил себе врагиню», - подумала я и стала проталкиваться к колодцу.
Бедолага Стирх поднял голову, увидел меня и переменился в лице. В глазах его сверкнула надежда. Слабенькая, но все же.
- Нельзя его сейчас отдавать! – крикнул парень. – У него еще ожоги не зажили! Его же еще лечить нужно! А то скажут в замке, что я нарочно больного дракона привел, чтобы больше мороки им было! Госпожа Рута, хоть вы им скажите!
И скажу. Набрала воздуха в легкие и заорала:
- ЦЫЦ!!!
Подействовало. Еще бы. После целого года регулярных занятий вокалом я самого дракона переору. Хотя нет. Дракона – вряд ли. А вот старостиху точно за пояс заткну.
В установившейся относительной тишине я сказала:
- А Стирх прав, любезные мои поселяне. Ожоги в наличии. Вам любой ветеринар диагноз подтвердит, - я так уверенно это заявила, потому что твердо знала: до ближайшего ветеринара полдня добираться надо, да и не факт, что трезвым его застанете. – Так что подлечим тварь бессловесную в домашних условиях, а там…
- И долго ты лечить его собираешься? – пыхнул дымом прямо мне в лицо староста. Ну, погоди же, придешь ты ко мне за настойкой для мужской силы… Я еще подумаю, чего намешать туда. Чего и сколько…
- Долго? Да нет! Недельки две-три… во всяком случае, не больше месяца.
- Лю-юуди добренькие, да что ж это делается! – заголосила бабка в толпе. – Это ж клятая ящерка нам так и деревню спалить! Эвон чего вчера учудила!
- Ага! – вот уде и мужской басок вклинился. Это кто ж у меня такой смелый? – Не хотела ящерка в повозке ехать, пусть пешочком топает – не облезет!
- Нельзя ему пешочком! – снова подал голос Стирх. – Больной он!
- Ты хоть молчи! – снова пыхнул трубкой староста. – У него ведь не ноги попечены, так что ли, госпожа Рута?
- Не ноги… - а что я еще могу сказать? – Спина и крылья…
- Вот пусть потихоньку и топает со своим воспитателем. И госпожу аптекаршу с собой прихватите. Пускай подлечит его в дороге. Как раз недельки за две дотопаете. И нам спокойнее будет. Вот прям завтра с утра и отправляйтесь. А не то, видят боги, сам шкуру зверюги на барабан натяну!
Дракон даже икнул с перепугу. К счастью, просто дымом. Стирх чихнул, махнул рукой и побрел домой – собираться. Дракон поплелся следом. Селяне расступались перед ними.
- А ты чего стоишь? – подскочила ко мне старостиха. – Или тебе собираться не надо?
- Надо, - ответила я и швырнула в ее противную физиономию свою охапку травы.
ДРАКОН НА СЧАСТЬЕ
- Ну сколько тебе можно говорить: я не знаю, как лечить изжогу у дракона! Я не ветеринар! Ну, соду попробуй!..
Передо мною стоял Стирх, наш воспитатель драконов. Совсем пацан еще, что не мешает ему смотреть на меня сверху вниз. Буквально. Но – с уважением. Его питомец застенчиво переминался с лапы на лапу, а неподалеку дымилось дерево дрока.
Стирх потупился. Дракон – тоже.
- Его от соды пучит… - пробасил парнишка.
Дракон застенчиво покраснел и икнул. Бедное дерево задымилось с удвоенной силой.
- Стирх, миленький, пойми, я ж не ветеринар, я аптекарь. Ну, к чародею сходи, что ли…
- У него радикулит! Третий день руками за поясницу держится. Говорит, иди к госпоже Руте, я, мол, ни одного этого… паса руками сделать не могу…
Если кто не догадался, то «госпожа Рута» - это я. К тому же, единственный аптекарь в нашем богами забытом селении. Нет, вы не поняли: я не бабка травница, не знахарка. Я – выпускница королевского аптекарского колледжа. Недавняя, впрочем. Я не составляю приворотных зелий, равно как и порчу наводить не умею. Да и желанием таким не горю. Однако это не мешает нашим местным травнице, знахарке и колдунье-самоучке видеть во мне главную конкурентку и врагиню номер один.
Если кто и принимает меня всерьез, так это Стирх с его питомцем. Даже если я и помочь его дракону ничем не могу. Куда ни кинь, у меня и дракона – разная физиология, и то, что лечит мои зубы, может у дракона вызвать… мягко говоря, несварение желудка. А это, я вам скажу, зрелище не для слабонервных… Хотя с кожными болезнями, как ни странно, легче.
Вы спросите, зачем нам дракон? А Мрак его знает. Просто так уж повелось, что в каждом уважающем себя замке или городе непременно живет свой дракон. И лишь в немногих селениях у подножия гор этих драконов растят и, так сказать, воспитывают. В том числе и у нас, хотя от нас до подножия гор достаточно далеко.
Кстати, это абсолютно бесполезные существа. Нет, они не глупые. Просто очень уж непредсказуемые. И ни на кого не похожие. Даже на других драконов. Живут долго, взрослеют медленно. Воспитатели сменяют один другого, а драконы все равно как дети. И что самое удивительное – способности их с годами меняются. Я, конечно, сама этого не застала, - живу тут всего года два, а это еще при прадеде Стирха было; но, по рассказам драконовожатого, его питомец, когда из яйца вылупился, плавал – куда там той форели. Подрос – как перемкнуло. В воду не загонишь. Если ему попить приносят больше чем полведра воды, истерику закатывает: панически боится утонуть. Зато навыки остались. Теперь он плавает на суше. Земля из-под лап разлетается – успевай уворачиваться. Стирх его всегда приводит, если кому надо яму вырыть или огород поглубже вскопать, а то и ров вокруг замка кому из рыцарей прочистить. Только изо рва, конечно, надо сначала воду спустить.
Пока я предавалась размышлениям, дракон снова икнул. Полыхнуло здорово. Трава неохотно загорелась. Я с визгом отпрыгнула в сторону.
Так, изжогу у этого красавца таки нужно прекратить. Иначе ночевать сегодня мне предстоит на улице, потому как домишко мой сгорит за милую душу. А не хотелось бы. Уютная хижина. О-хо-хо…
Что там в моем арсенале? – я задумчиво почесала переносицу.
Стирх облегченно вздохнул. Дракон уставился на меня с явным интересом. Мрак, если бы я не знала, что это всего-навсего ящерица-переросток, я бы подумала, что он откровенно сомневается в моих способностях. А зря.
- Ладно. Пойдем от противного… Да не от тебя, дурень! – плюнула я в сторону дракона, который при этих моих словах шарахнулся в сторону, и Стирха, кинувшегося на защиту своего любимца. – Это так, к слову… Н-да… Я сама при изжоге обычно соду беру. А ему… Может, мед попробовать?
Стирх хмыкнул:
-Госпожу Рута, вы что? У меня самого от меда изжога… Если вы его медом пичкать будете, я лучше сначала вещи соберу за речку сбегу. Мне в полусожженном селе все равно не жить – не убьют, так покалечат!
Теперь уже хмыкнула я:
- А у тебя что, метаболизм как у твоей ящерицы? – Люблю иногда мудреное словечко завернуть. А что нашего зверя ящерицей обозвала, так это я нарочно: дракоша от этого просто беситься начинает, если Стирха близко нет. А рядом с ним – хвостом бьет, фыркает… Потеха, одно слово!
Вот и сейчас. Ящер наш расфыркался, колотит по земле хвостярой и на Стирха косится: мол, что ж ты этой… меня обзывать позволяешь?!! Мрак, не высокого же мнения эта скотина о выпускниках королевского аптекарского колледжа!
- Ну зачем же ты его дразнишь?.. – от волнения дракононянь даже на «ты» перешел. – Знаешь ведь, что не любит он этого…- выговаривал мне Стирх, поглаживая дракошу по шее, пытаясь успокоить.
- Ладно, проехали. Иду за МЕДОМ!!! – дракон опять собрался икнуть. Я топнула на него, и он сдержал свой необдуманный порыв. А мой путь лежал в кладовочку. Вот чего-чего, а мена у меня хватает. Наш местный бортник давно на меня глаз положил, ходит ко мне чуть не через день укусы диких пчел лечить. Сколько я на него лука извела… И-эх! Этим запахом он весь, кажется, пропитался. Я бы на месте пчел улепетывала бы куда подальше, едва почуяв Бора-бортника. Одно хорошо: мед он носит исправно. Вчера только целый бочонок приволок. Так что должно хватить.
- Может, помочь вам, госпожа Рута? – спохватился Стирх, видя, как я выхожу во двор с бочонком на плече. Я только фыркнула. Он, конечно, каланча порядочная, но меня тоже Боги ростом не обделили, да и фигурка у меня… хм… внушительная. Плюс вижу неважно. Так что в темноте на узкой дорожке встречаться со мной не советую: сшибу с ног и даже не замечу этого.
Так, о чем это я? Ах, да. О мене для дракона. Погнала драконовожатого к колодцу. Вылила в корыто ведро воды, разболтала в ней полбочонка меда… Сиропчик получился – мухи вязнут. Мрак, на славу постаралась.
С грозным видом поставила перед драконом это пойло. Тот покосился на меня. И начал пить. Решил не связываться. «А то Мрак знает, до чего ты еще додумаешься…» - явно читалось в его взоре. Н-да, иногда я начинаю думать, что наша яще… то есть, конечно, наш дракон… явно умнее, чем хочет казаться…
Вы будете смеяться, но после этой процедуры недоверчивость на морде дракона постепенно сменилась блаженным спокойствием. Стирх, оставив в благодарность пару медных монеток, удалился вместе со своим воспитанником. Я облегченно вздохнула. На пару вечеров я свободна от их назойливого уважения…
Следующее утро я решила уделить своим профессиональным обязанностям.
Если вы думаете, что аптекарше в таком населенном пункте, как наш, делать особо нечего, то вы абсолютно правы. Ну кто попрется ко мне на окраину за порошками и микстурами, если в самом центре села, напротив дома старосты, живет Верма-травница. У нее и ближе, и дешевле. Да и какая разница, за сколько простуда у старосты пройдет – за неделю или за шесть дней? Лишний день хворобы – лишний повод полечиться, а чем и как наши мужики лечатся, не мне вам рассказывать.
Впрочем, если бы кто и решил, миновав Вермину избу, ко мне направиться, то не факт, что дошел бы. Потому что аккурат на полдороги между травницей и моей берлогой проживает наша местная знахарка. Мне иногда кажется, что она не только знахарка, но и ясновидящая. Во всяком случае, из десяти потенциальных клиентов ко мне добирается один – да и то если не просадит в придорожном кабаке всех денег. Своих постоянных посетителей я по пальцам могу пересчитать. Ну, Бор-бортник, Аза-цветочница, пара соседок, которым просто лень топать к травнице… Староста иногда наведывается – по секрету от Вермы… Вот, пожалуй, и все. Может, забыла кого, но вряд ли. Да еще Стирх со своим драконом.
Непонятно, зачем в таком случае здесь нужна была аптекарша? А Мрак его знает! Просто приспичило старосте, чтоб похвалиться при случае, что у него есть не просто травница, а выпускница королевского аптекарского колледжа… Да я на него, в общем, не в обиде. Места здесь чудесные, рядом горы, чистый воздух, пейзажи… А что до столицы далековато, то это только плюс.
Честно говоря, я только рада, что из столицы уехала. Хоть и родной город, только сироте в нем жить нелегко. Да, я не знаю своих родителей. Имя мне сестры-монахини дали. Меня к воротам монастыря подбросили, когда я совсем крохой была. Монахини меня и вырастили. Конечно, не одна я при монастыре воспитывалась, всех святые сестры на ноги поставили, всем образование дали… Я своей профессии тоже одной из них обязана. Сестра Азалия у нас в монастыре аптекой ведала. К ней со всего пригорода за микстурами сходились. Сколько себя помню, крутилась возле нее. Сестра, это что? А это для чего? А вон то куда?.. Так и училась постепенно. Так что когда в аптекарский колледж поступала, знала уже побольше, чем иные третьекурсники. За годы учебы друзей-подруг не завела. Знала, что богатеньких папы с мамой у меня нет, наследство тоже с неба не свалится, и денежный ухажер с моей внешностью мне тоже не светит; так что рассчитывать я могу только на себя, любимую. Все вечера над книгами и конспектами корпела. Вот зрение и присадила: а ну-ка со свечкой мои каракули разбери! Так что когда из далеких Мостов запрос на дипломированного специалиста пришел, я за него просо зубами уцепилась. Правда, претендентов других и не было. Так получилось, что Стирх с его драконом – первые, кого я в деревне встретила. Этот дурень – я дракона имею в виду – ухитрился занозу загнать. Вы представьте, какой же должна была быть эта заноза… И как можно было такое бревно не заметить! Мы со Стирхом в четыре руки сучище этот из плеча тянули, а потом я рану ящеру обработала как следует. Потом обрабатывала царапины на нас со Стирхом: дракон так размахивал хвостом во время «лечения», что своими чешуйками (гм… каждая – с блюдце величиной…) в клочья изодрал мне парадную юбку. Ногам, естественно, тоже досталось. С тех пор Стирх проникся ко мне уважением и по любому поводу прибегает посоветоваться. То у дракона ломота, то икота, то зуб выпал, то репа на огороде не взошла… Вот вы улыбаетесь, а мне каково?
Так за воспоминаниями и не заметила, как разобрала по полочкам свое хозяйство. Да не так ужи много возни с ним. Компоненты заканчиваются, опять в город ехать придется. Скоро травы обирать пойду… Я, конечно, не травница, но и мне травы в хозяйстве нужны. Вот с чем проблем нет, так это со спиртом. Точнее – с самогоном. Какую «живую воду» наши бабки гонят! По сравнению с не тот спирт, с которым я в колледже дело имела – просто молочко. Пока я приноровилась его крепость учитывать… Эх! Хорошие были времена! Даже петь захотелось…
За работой и воспоминаниями время бежит незаметно. Вот микстура от кашля для тетушки Азы, вот мазь от ожогов для кузнеца дядюшки Петера… А вот лук для нашего бортника. Ведь и его скоро нелегкая принесет. И не забыть бы растирку для поясницы нашему магу отнести – может, удастся на него хоть раз дракона спихнуть…
Вечер я тоже провела на редкость приятно. Занималась своим любимым делом. Спать легла в хорошем настроении. А утром убежала к водопаду голову вымыть. Ветер теплый, волосы сохнут быстро. Они у меня недлинные, так что времени много это обычно не занимает. А жаль. Если бы я знала, что увижу, когда вернусь домой – в самом хорошем расположении духа, заметьте! – я бы просидела над обрывом дня два…
- И откуда вы взялись на мою голову…
Такого тяжкого вздоха я сама от себя не ожидала. Снова на моем пороге эта парочка – Стирх со своим драконом. Уф! И Стирх какой-то взъерошенный, и дракон окраску сменил… А я и не знала, что он пятнистым может быть!
Последнее соображение я даже вслух высказала, от чего пятна на шее дракона проступили отчетливее, а Стирх совсем голову опустил.
- Эт-та… Госпожа Рута… Эт-то не пятна. Это ожоги!
- Оп-па! – я опять не сдержалась. - И кто это его так?
Из сбивчивого рассказа Стирха с трудом, но все-таки удалось понять следующее. Вчера за дракошей покупатель явился. Якобы в их замок еще Стирхов дед дракона пообещал и даже задаток взял. Покупатель помахал перед старостой какой-то бумажкой –расписка, дескать - и велел дракона в повозку запихнуть. В повозку-то зверя заманили; сверху на него деревянную клетку опустили, вот тут наш дурень и струсил. А когда он пугается, он икоту перестает контролировать… Ну, и икнул он так, что горе-покупатель, наверное, сам до сих пор икает. Короче, поджёг дракоша своей икотой клетку вместе с повозкою. И от страха еще сильнее икать начал. Икает и орет, огнем плюется, никому подойти не дает. В общем, сгорела повозочка дотла, а наш дурень так на землю и плюхнулся…
Все это я вытягивала из драконовожатого, поминутно вставляя «Ну и?», «Да ты что?!» и «А потом?..» и одновременно прикидывая, хватит ли моих запасов противоожоговой мази, чтобы равномерно обмазать эту пятнистую я… дракона, в общем.
- Госпожа Рута, а почему вы спрашиваете? – с подозрением глянул на мене Стирх. – Вы что, ничего вчера не слышали?!! Из соседнего села даже мужики с вилами прибегали, думали, на нас разбойники напали…
Н-да, крыть нечем. Я вчера вокалом занималась. А когда я пою, соседские псы уши лапами затыкают и в будки прячутся. Так что не удивительно, что я за своими вокальными экзерсисами драконьего концерта не услышала. (Кстати, это идея: если мы с дракошей дуэтом петь будем, к нашему селу ни разбойники, ни волки, ни сборщики податей и близко не подойдут. Надо будет со старостой переговорить… Но это потом. А сейчас как-то оправдываться надо.)
- Я за травами к дальней реке ходила, - огрызнулась я.
Стирх честно сделал вид, что поверил. По-моему, о моих сольфеджиях даже глухой дядечка Темах представление имеет. Ну и ладно.
А мази для дракона все равно не хватит. Хорошо, что тыква на огороде осенью хорошо уродила, и до сих пор ее много осталось. Всучила Стирху топорик – пусть потрудится на благо здоровья воспитанника. Вымазала дракошу тыквенной мякотью. А вот рот ему завязать не догадалась. Не учла, что он, как ребенок, всё в пасть себе тянет. Так что Стирху еще не одну тыквы порубить пришлось…
Кстати, напрасно улыбаетесь: тыква от ожогов прекрасно помогает. Я в этом еще в колледже убедилась – на собственном опыте. А такие знания за мозги прочно цепляются.
…А потом мы сидели со Стирхом над обрывом за моим домиком и лузгали тыквенные семечки. Не сказать, что я так уж их люблю, просто здорово это было – сидеть, свесив ноги с обрыва, чувствовать плечом плечо Стирха, держать на коленях миску с еще теплыми семечками и время от времени – вместо семечки – касаться пальцев паренька, тут же отдергивая руку в ответ на его случайное касание…
- Вы завтра что делать будете, госпожа Рута? – вдруг спросил Стирх. - Снова это… за травами пойдете? – и широко улыбнулся. (А улыбка у него хорошая, и щербинка на переднем зубе ее нисколько не портит. Эх, недаром по нему девки в деревне сохнут!)
- Пойду. За травами. Теперь – по-настоящему…
- Ага… - парнишка снова ухмыльнулся, за что и поплатился: покатился кубарем в траву. Рука у меня тяжелая…
Дракон, успокоившись, пристроился недалеко от нас и пытался дотянуться языком до холки. С других, более доступных мест, тыквенная мякоть уже давно исчезла. Я уже собралась снова Стирха за рубку тыкв засадить, да передумала: слишком уж неохота вставать было, да и от семечек язык болеть начал. И, если честно, помощь моя дракоше теперь не больно и нужно. Острое воспаление сняла – и ладно. На нем все царапины лучше, чем на собаке заживают. Слюна у него, похоже, целебная. Во всяком случае, я так думаю, хоть и не проверяла: маловато у меня желания с драконом облизываться.
Еще в колледже ребята с лекарского отделения подсмеивались: мол, вы, аптекари, все на вкус норовите попробовать. Ну, положим, не все… И не всегда на вкус… И не то чтобы норовим… Но это не так уж и далеко от истины.
А за травами назавтра я все-таки пошла. Уходила до рассвета, собрав вечера узелок с едой. Хоть на один день, на полдня, да забыть о заботах. Сбор трав – тоже обязанность. Но – приятная.
Эх, травушка-муравушка! Как люблю я эти походы на дальнюю реку! Луга там пойменные, заливные, травы растут – я многие в колледже только в учебниках и видела. Вот та же синеглазка. От семи хворей травка: и простуду вылечит, и душу успокоит. В столице за малюсенькую бутылочку настойки из нее два золотых дают. Ее некоторые аптекари в тепличках выращивать пытаются. У некоторых получается. Но разве сравнится хиленькая городская затворница с той красавицей, что растет тут?! Да захоти я лекарства из нее в столицу поставлять, скоро первой богачкой в селе стану, каменный дом куплю и найму себе в помощницы ту же Верму. Только не хочется мне красоту эту на деньги менять…
Я иду по тропинке. Деревня наша давно скрылась за холмами. Роса на траве блестит под лучами рассветного солнца. Башмаки блестят тоже – им росы достается не меньше, чем моей юбке, хотя влагу они переносят не в пример лучше домотканого полотна.
День хороший начинается. В небе поют-заливаются птицы. Почему-то в деревне их почти не слышно. А тут… Мне так захотелось спеть вместе с ними! Удержалась с трудом. Я еще помню, как испуганно подавился своим «ре» соседский петух, когда услышал, как я подхватила его руладу. Не будем вольным птичкам нервы портить. Их ведь настойкой синеглазки никто отпаивать не будет. А петуха – пришлось… До сих пор шрам на запястье к непогоде чешется.
Тропинка бежит вниз с холма. Я бегу вместе с нею, раскинув руки, как крылья. Кажется, еще немного – и ветер подхватит меня и понесет вперед, вперед… Я люблю тебя, ветер! И ты, в отличие от некоторых, отвечаешь мне взаимностью.
Травы уметь собирать надо. Это мне еще сестра Азалия твердила. У меня на травы рука легкая. Это только у Бора-бортника синяки остаются. А травку, даже нежную горицветку, я сорву, даже не помяв ее нежные лепестки.
Вот и лужок мой заливной, заветный. Верма сюда не наведывается: ей, старухе, такие переходы же не под силу. Она, если что, ко мне за травой прибежит. И никому-никому потом не скажет, что половину редких трав, за которые потом у сельчан деньги берет, у меня просто за «спасибо» получает.
Люблю я сюда приходить. Впрочем, об этом я уже говорила. Есть здесь, на полянке, родничок. У него так хорошо посидеть, когда травы уже собраны, а домой идти еще не хочется.
Потом я лежала в траве, глядя на белые облака в высоком небе. Тут тихо и совершенно безлюдно. В прошлом году я специально оставила тут мелкую золотую монетку. Она до сих пор лежит на плоском камушке у родника. Так что подремать мне тут никто не помешает. Встала-то я сегодня очень рано, да и путь назад – тоже неблизкий. Тем более – с ношей.
… Возвращалась домой я ближе к вечеру. Красавица: лицо комарами искусанное, руки исцарапанные, подол юбки мокрый и грязный, волосы дыбом, - но зато счастливая! А как же, травами себя на месяц вперед обеспечила…
И дернуло же меня мимо колодца пройти! Знала ведь, что там кумушки собираются, новости обсуждают; а сегодня и подавно языками чесать будут: вчерашний визит рыцаря и без истории с драконом шороху наделал. Знала, и все равно пошла. Ну, подумаешь, лишнюю темку для сплетен подброшу – видон-то у меня еще тот
Но все оказалось куда хуже.
На площади у колодца собралась, кажется, вся деревня. Даже староста – и тот из корчмы выполз. Я сперва удивилась, но потом увидела у самого колодезного сруба понурого Стирха и необычно присмиревшего дракона, оценила новую трубку в зубах старосты, золотые сережки в ушах его жены и жемчуга на шее у старостиной дочки, и все поняла. Дракоша доживает последние минуты. Под опекой деревни, по крайней мере.
Гул на площади стоял, как на пасеке. Слова летали и жалили не хуже пчел.
- Да гнать его отсюда, если сам не пойдет! – вопила старостиха, привычно перекрикивая толпу. – Коль уж пообещал эту тварь Стирхов дед в Синий замок отдать, так пусть и уводят его к мраковой бабке!
- И пока свою зверюгу на новом месте не обустроит, пусть назад не возвращается! – вторила матери старостина дочка, постреливая глазками в сторону Стирха. «Не оценил ее красу писаную в свое время, вот и нажил себе врагиню», - подумала я и стала проталкиваться к колодцу.
Бедолага Стирх поднял голову, увидел меня и переменился в лице. В глазах его сверкнула надежда. Слабенькая, но все же.
- Нельзя его сейчас отдавать! – крикнул парень. – У него еще ожоги не зажили! Его же еще лечить нужно! А то скажут в замке, что я нарочно больного дракона привел, чтобы больше мороки им было! Госпожа Рута, хоть вы им скажите!
И скажу. Набрала воздуха в легкие и заорала:
- ЦЫЦ!!!
Подействовало. Еще бы. После целого года регулярных занятий вокалом я самого дракона переору. Хотя нет. Дракона – вряд ли. А вот старостиху точно за пояс заткну.
В установившейся относительной тишине я сказала:
- А Стирх прав, любезные мои поселяне. Ожоги в наличии. Вам любой ветеринар диагноз подтвердит, - я так уверенно это заявила, потому что твердо знала: до ближайшего ветеринара полдня добираться надо, да и не факт, что трезвым его застанете. – Так что подлечим тварь бессловесную в домашних условиях, а там…
- И долго ты лечить его собираешься? – пыхнул дымом прямо мне в лицо староста. Ну, погоди же, придешь ты ко мне за настойкой для мужской силы… Я еще подумаю, чего намешать туда. Чего и сколько…
- Долго? Да нет! Недельки две-три… во всяком случае, не больше месяца.
- Лю-юуди добренькие, да что ж это делается! – заголосила бабка в толпе. – Это ж клятая ящерка нам так и деревню спалить! Эвон чего вчера учудила!
- Ага! – вот уде и мужской басок вклинился. Это кто ж у меня такой смелый? – Не хотела ящерка в повозке ехать, пусть пешочком топает – не облезет!
- Нельзя ему пешочком! – снова подал голос Стирх. – Больной он!
- Ты хоть молчи! – снова пыхнул трубкой староста. – У него ведь не ноги попечены, так что ли, госпожа Рута?
- Не ноги… - а что я еще могу сказать? – Спина и крылья…
- Вот пусть потихоньку и топает со своим воспитателем. И госпожу аптекаршу с собой прихватите. Пускай подлечит его в дороге. Как раз недельки за две дотопаете. И нам спокойнее будет. Вот прям завтра с утра и отправляйтесь. А не то, видят боги, сам шкуру зверюги на барабан натяну!
Дракон даже икнул с перепугу. К счастью, просто дымом. Стирх чихнул, махнул рукой и побрел домой – собираться. Дракон поплелся следом. Селяне расступались перед ними.
- А ты чего стоишь? – подскочила ко мне старостиха. – Или тебе собираться не надо?
- Надо, - ответила я и швырнула в ее противную физиономию свою охапку травы.
no subject
Date: 2006-12-26 09:13 am (UTC)Душа требует продолжения.
no subject
Date: 2006-12-26 09:48 am (UTC)Спасибо!
no subject
Date: 2006-12-26 10:39 am (UTC)мне понравилось. Только этттаааа...
мало, во-первых...
и во-вторых, счас обзавидуюсь белой завистью, что я ТАК не умею...
no subject
Date: 2006-12-26 10:44 am (UTC)no subject
Date: 2006-12-26 10:53 am (UTC)нет на Тебя злобных читателей, которые будут на мозги капать, продолжения требовать... то есть раньше не было... а сейчас будет, да, капать...
Ты график себе составь - в день по ХХL страниц и сделать привычкой, как зубы чистить вне зависимости от настроения))))))))
no subject
Date: 2006-12-26 10:59 am (UTC)- Мам, сделай мне бутерброд...
- Ната, что у нас на ужин?
- Гав-Гав!-
- Ммняуууу!
Встаю и иду на кухню. А когда к тетрадке возвращаюсь - то ли настроение убежало, то ли спать хочется, то ли вдохновение пес под кресло загнал...
no subject
Date: 2006-12-26 11:16 am (UTC)предстоит Тебе описывать сотый полет дракона в ночном небе. Садишься за стол, берешь в зубы настроение вместе с вдохновением, первый росчерк пера на бумаге...
- Леська, сделай мне бутерброд...
- Милый, что у нас на ужин?
На Гав-Гава - ноги поставить, чтобы пальчики не мерзли...
на Мяушку на колени посадить))))))
no subject
Date: 2006-12-26 11:19 am (UTC)no subject
Date: 2006-12-26 11:32 am (UTC)*мечтая, что вот напишет Натка книгу, издастся, и в благодарностях скажет: спасибо, Вороне-Карр - благодаря её совету я поставила на Гав-Гава ноги, пальчики у меня на ногах не мерзли)))))))))
ох, хорошо))))))))
no subject
Date: 2006-12-26 11:46 am (UTC)no subject
Date: 2006-12-26 10:55 am (UTC)а Ты мне скажи - Леська этот Твой "Капитал" видела?
что сказала Твоя Донечка?
no subject
Date: 2006-12-26 11:03 am (UTC)Леська влезла носом в мою распечатку в самом начале, начала у мамы опечатки выискивать. А когда я за тетрадку засаживаюсь, спрашивает: Ты про дракона своего пишешь? Но все, что сейчас распечатано, читал только племянник, в качестве обмена: он мне приносил свое сочиненьице поглядеть, да случайно увидел мой талмуд. Ну и... в общем, ему понравилось вроде бы. Я обещала прийти поэксплуатировать принтер старшего братца, когда будет что распечатывать дальше...
no subject
Date: 2006-12-26 11:07 am (UTC)А Туньке прочту, да)))))) и скажу... обязательно...
no subject
Date: 2006-12-26 11:17 am (UTC)no subject
Date: 2006-12-26 02:56 pm (UTC)Правда-правда.
Понравилось и хочется читать дальше:).
no subject
Date: 2006-12-26 03:05 pm (UTC)Спасибо!
no subject
Date: 2006-12-26 04:22 pm (UTC)no subject
Date: 2006-12-27 06:08 am (UTC)Уффф!
Далі буде! непременно!
no subject
Date: 2006-12-27 01:02 pm (UTC)no subject
Date: 2006-12-27 01:05 pm (UTC)Спасибо за внимание, Ёжик! Это так волнительно - когда тебя читают...